Чума косила без разбора и без пощады, осталось в этой деревне по одному-два человека в домах. А в те времена были о-го-го какие семьи – до двадцати ртов под одной крышей жило.

Постигло несчастье и эту семью. Отец, мать и четверо их сыновей Богу души отдали, чудом осталась жива только девочка лет двенадцати. Звали ее Реня. Сердобольные соседи предложили ей перейти к ним жить, но девочка оказалась с характером и заявила, что, как сможет, так и будет вести хозяйство одна.

Люди ей помогали – ведь горе всегда сближает. Скотинку поподробнее продали, коня к соседям отвели на условии, что если будет потребность в тягловой силе – не откажут. Осталась птица разная, овец пяток, да и кот с собакой. Так и росла Реня, хозяйством занятая. Огород и небольшое поле всегда были ухоженные, дом в чистоте содержала, находила даже время с подругами на посиделки сходить. Да и односельчанам в горячую пору в помощи никогда не отказывала.

Росла Рения трудолюбивой, приветливой, Богом красотой не обделенной. Время прошло, и стали ребята на красу девичью заглядацца, стали напрашиваться домой провести, норовили на посиделках сесть ближе. Рения до этого относилась сдержанно, но старшие стали ей советует, что пора и замуж собираться. Сила мужская в доме нужна, нужно сделать все по-божески – обзавестись семьей, а там Господь и детьми порадует, с ними счастьем дом наполнится.

А тем временем замечать стала юная хозяйка, что, когда она по делам из дома отсоединяется, кто-то мелкие домашние дела делает. Миску со стола уберет, обувь мокрый на печь поставить, в блюдце кошке молока нальет. Хотя, кажется, двери на засов закрыты были. Стала вспоминать сирота, что мать, когда была жива еще, говорила, что в их доме живет дамавушка-бабушка – небольшая ростом, веселая такая, чистоту и порядок шибко уважает.

И вот как-то долгим зимним вечером сукало Рения тонкую пряжу, а из-за печки по палавічку на свет к столу подошла бабушка-дамавушка в платочке и переднике в горошину. Гаспадынюшка не испугалась, сразу же рассказала, что мать ее родная давно о ней рассказала. То наверное, пора пришла знакомиться. Вот только почему она раньше не показывалась? Оказывается, решила дамавушка, что со смертью предыдущей хозяйки порядка и уюта не дождаться в доме от ребенка малого. Ушла она из дома, но после вернулась и обрадовалась очень, что юная хозяйка вся в мать – такая же сообразительная. Вот поэтому и осталась.

– Так а звать тебя как? – спросила Рения.

Та ответила, что Нюшаю.

С той поры дамавушка Нюшка часто из-за печки выбиралась, садилась рядом. Ей песни слушать нравилось, когда Реня пела, ручной работой занимаясь.

Одним таким вечером девушка решила спросить дамавушку, как узнать ей до замужества свою судьбу девичий. Хотела знать, кто будет ей защитником, с кем в любви жить придется.

– Сердце слушать надо, – ответила ей Нюшка.

- Так все они хороши, - сказала Реня искренне. – Но чаще всего сердце бьется, когда я вижу Федора.

- Позволь помочь тебе, - тихо ответила бабушка. – Когда женихи заявяцца, старайся, чтобы с каждым из них ты наедине осталась, а я там сама все сделаю, есть у меня одна мысль...

Осень выдалась ўраджайная да сухая. Поля, рожью нахохлившись, свежей задымились раллёю. Пришло время сватовства. Вот и Реннина калитку открыл рукою ловкой жених, который первым был. Гость Как следует принят. Угощения скромные, но от души.

– Затрымайся, – говорит Рения первому жениху, если гости к двери стадом подались. Остались они за обеденным столом. Разговор про то, про се... Вдруг взор жениха на пол дощатый падает, а там золотой лежит, красуется, утерянный кем-то, вот, наверное, только-только. Закашлялся жених, воды попросил принести в ковше, и то, что на скамье в сенях, пахаладней. Только девушка в сени вышла, а гость монетку раз – и в карман. Да на основании того, что спешит, тут же прочь из дома выскочил.

– Мелковат нутром парень. Вороватый. Жить ему со злом и жадностью, а не с женой-красавицей, – сказала Нюшка, когда они с молодой гаспадынюшкай ужинать сели затемно. – А золотой буквально сразу у него в кармане желудь превратится сморщенный.

Посмеялись и легли спать со спокойной душой.

Второй жених был такой надменный, с запрокинутой головой – как есть петух из соседского двора. На что ни взглянет – все хмыкает, пальцем ковыряет, дует щеки. На Рэню взглянул разок, да и то искоса. Но девушка все же уговорила задавастага посидеть на скамейке сильной, мол, наедине пару слов ей сказать уже очень хочется.

– Сделай милость, – говорит жених, – только быстренько. У меня еще визитов с тысячу.

И вдруг видит он, что на полу звонкая монета лежит, словно брошенная. Ой, люди мои милые, как изменился он. Враз не узнать задаваку прежнего. Вдруг на колени бухнулся. Руки стал заламывать, бить себя в грудь, говорит, хотел скрыть любовь свою, не выдержал:

– Завтра... Да хоть сейчас, что нам завтра, под венец сейчас же.

И так незаўважненька монетку ловко подхватил и себе в карман положил. Чуть Рэнька от настырного нахала отразилось. Задыхалась, измучилась, за дверь его выставляя.

И снова Рения с дамавушкой Нюшкай порадовались, жениха этого вспоминая.

– Вот ты глянь, – говорила дамавушка, – как вдруг изменился пацан, увидев золото. Решил жениться, да не по любви, а по расчету подлым. Небось он решил, что ты на золото богата. Век ему так и мучиться, жить с такою нікчэмнаю душой...

С отцом да с бабкой старенькой заглянул в девичий дом и Федор-каменщик. Все так же, как и с предыдущими женихами, под иконами сидели, угощения гаспадыніны нахваливали, да и о моладца слово доброе сказать не преминули. И когда гости собрались уходить, Рения за рукав Федора потянуло и попросила остаться совсем на капельку. И только парень сел на скамью, сразу у ног его пяток из золота блестит... Поднял Федор его: «Смотри, девушка, потеряли гости, что до меня здесь были. Если вернутся-значит, потом заработаны, если нет-цены ему не знают. И тогда предлагаю это золото в церковь к празднику снести, чтобы было с ним покончено. А мы с тобой, Рэнюшка, если все у нас заладится, вместе работать станем, свое добро добудем. И тогда оно вдвойне нам будет в удовольствие».

Вот так жениха и выбрали Рения с дамавушкай Нюшкай. До свадьбы покатилось, следом счастье в дом пришло, достаток и согласие.