В этом огромном доме на два конца их осталось только двое: дед Митяй, под девяносто лет, да правнук его демка, лет восьми. Большую некогда семью безжалостно разбросала война. Кто умер от болезней, кто не вернулся с фронта, а кто и на чужбине жить остался.
Когда председатель колхоза обратился к старику с просьбой взять на постой бригаду электриков, которые тащили через деревню провода на новую ферму, дед охотно согласился помочь. И так половина дома пустовала.
И вот однажды постояльцы, вернувшись вечером с работы, высыпали из мешка на пол четырех крошечных волчат. Рубили они просеку и набрели на Волчье логово. Принесли малышей домой в надежде, что дед подскажет, что с ними делать. И пока маленькие серые комочки слепо торкались друг другу в стороны и жалобно скулили, дед рассказал, как оно есть. Все здешние знали, что в лесу, неподалеку от деревни, находилось логово волчицы. Поселилась там серая еще до войны. И до сих пор соседствовали в согласии, а что будет теперь, когда ее волчат забрали, – дед и не знает.
На рассвете бригада снова ушла на работу. Дед Митяй позвал внука и говорит:
- Я всю ночь глаз не закрыл, все думал, как с выводком обойтись. А под утро услышал вой за околицей. Волчица утерю заметила. И, значит, надо, демка, волчат обратно в мешок. На спину его закидывай-для меня такая ноша тяжела-да пойдемте с тобой, богу помолившись, вдвоем к логову. А ведь не тронет нас волчица.
Внучку страшно было, но возражать деду он не посмел. Сейчас же и пошли. У логова демка с опаской вытряхнул волчат на Еловый шильник. Дед по сторонам оглядывается, готов себя и внучка тростью защищать. А волчица тут как тут, но на людей не бросилась, только пристально посмотрела, воздух носом потянула, а потом к волчатам подошла да на бок завалилась – малыши сразу к животу, за ночь, видимо, изголодались…
Так люди с животным мирно и разошлись.
Прошло лет пять-шесть. Как раз перед Филипповкой деда не стало. И вот однажды выпало демке на ярмарку с обозом съездить, яиц пару десятков да грибов сушеных отвезти, чтобы продать или обменять на теплую одежду.
Замедлил малыш, по городу заигрался, а день в эту пору короче, надвинулся мрак, да как назло метель закружила. Повернуть назад никак не было: парень уже полпути к деревне прошел. Ноги в сугробах вязнут-упал несколько раз. И вдруг понял демка, что заблудился в непроглядной метели. Даже расплакался…
Потом, сидя у теплой печки у соседки, дальней родственницы, рассказывал, что из-за метели и непогоды его до околицы довели волки. Было их пятеро: четыре огромных волка и старая волчица. Сначала парень услышал вой, потом заметил вблизи стою, думал-смерть пришла.
- Но серые меня не тронули, по сторонам шли, будто направляли. А волчица впереди, оглядывалась все, будто звала за собой. Так и довели они меня до забора крайнего дома. А как собаки цепи стали рвать, исчезли волки, будто растаяли в вьюге, как и не было их. Наверное, это те четыре волчата, которых мы с дедом Митяем матке их к логову в лес занесли, - закончил свой рассказ парень.
Орудуя печеную картошку среди уголья, демка тихо произнес:
- Вон как, зверь свирепый, а и то за добро добром отплатил. Не то что у людей бывает, по-другому у людей, - и перекрестившись, добавил: ко злу у них больше душа склоняется, прости мне, Господи.